Вторник 19 марта 2019
Войти

Регистрация


Облачно

-5°C

Нижний Новгород

Олег Сорокин подверг резкой публичной критике политическую и административную деятельность Валерия Шанцева Избранное

  • Среда, 29 июля 2015 21:01

По итогам смены власти в Нижнем Новгороде, отставки сити-менеджера Олега Кондрашова и перехода в открытую оппозицию к губернатору Нижегородской области Валерию Шанцеву глава Нижнего Новгорода Олег Сорокин провел закрытую встречу с главными редакторами ряда нижегородских СМИ.

Приводим стенограмму этой встречи, сделанную на основе скрытой аудиозаписи выступления Олега Сорокина. 

Сорокин: Решение думы абсолютно легитимно, оно нигде не оспорилось, никто не подверг его сомнению, были какие-то мелкие попытки на эту тему правового характера, но я считаю, они беспочвенны, надеюсь, уровень людей, которые работают со мной, … ни у кого не вызывают сомнения… Решение, то решение, которое состоялось, оно состоялось…

Журналист: Но в Уставе Нижнего Новгорода не прописано такого способа прекращения полномочий…

Сорокин: Я не хочу сейчас вступать в юридическую полемику, потому что я думаю, что это не самое важное, сидеть… вы юристы, я юрист, да? мы будем дискутировать, что прописано в Уставе? Мы всегда пытаемся обратить внимание на те моменты, которые, ну, как сказать… Устав хоть и является документом высшей юридической силы для муниципального образования Нижнего Новгорода, но статус федерального законодательства выше намного. Поэтому здесь нужно брать за основу Федеральный закон, практики федеральные. Поэтому в этой части, ещё раз повторю, я, наверно, для васвсё-таки не являюсь человеком, который любит… Нет, это было принципиальное, осмысленное решение.

Решение об отстранении от должности появилось чуть позже решения о отчете, спровоцировано этобыло ещё и тем, что была неадекватная реакция на, казалось бы, простой вопрос – будем отчитываться или нет? Хоть раз за 5 лет?


Сорокин:
Можно искать в этом какую-то подоплеку? – отчасти можно. Главная подоплека в том, что именно в 15-ом году состоялось много решений, которые откладывалисьдолгие годы. И Положение по управлению муниципальным имуществом, которое на самом деле позволяло проводить такую сомнительного характера сделку, не одну такую сделку, много сделок.
И если вспоминать историю, то Вадим Евгеньевич переполнил чашу терпения депутатского корпуса тоже подобными сделками – по Центральному рынку, например. История повторяется, к сожалению. У многих под конец срока сдают нервы, там ещё что-то, тянутся ручки туда, куда им тянуться не положено, вот. Документы, которые позволяют на 100% исключить, прям вот на 100% исключить вот подобные ситуации, ‒ они, к сожалению, долгие годы задерживались, ‒ сознательно, осмысленно, через политический шантаж, через экономический шантаж не давали появиться этим документам. Они, наконец, торопились. Усеченные полномочия Счетной палаты, которая была, скажем так, вроде и громко называлась, но на порог акционерного общества «Водоканал» её не пускали. У неё не хватало для этого полномочий. А когда ты читаешь отчетность,смотришь там, что там 200 миллионов потрачены на покос травы, ‒ конечно, вызывает вопросы. Кто там чего косил?

Журналист: Это реальные цифры?

Сорокин: Да. Да.
(перебивая кого-то) Как раз у домоуправляющих компаний отдельные статьи всё того же озеленения… знаете, хорошо прям проверить, потому что не считаешь – проверить невозможно, сколько покосили этой травы, куда она делась – высохла, исчезла, испарилась, скормили кроликам… Где?

Журналист: Депутаты же у нас заседают в Советах директоров…

Сорокин: (перебивая)… Вотпомните, какой шквал эмоций вызвало вообще появление депутатов в советах директоров?Да, действительно, это было совершенно осмысленное решение, за которое тоже шла нешуточная подковерная борьба. Вы ведь не видите, понимаете, вы даже не знаете того, что происходит на самом деле, но это, действительно, одно из решений, которое серьезно осложнило мои отношения с рядом товарищей-руководителей.

 

Сорокин: (перебивая)… вы про «Единую Россию», да. Я всегда был вообще категорическим противником смешения должностей административных, ‒ бесприменительно, там, глава администрации, министр социальной политики и партийных. Потому что это, во-первых, несправедливо по отношению к остальным функциям, во-вторых, это не дает того эффекта, на который надеются люди, давая такие полномочия. Это каждая сама по себе самостоятельная работа, крайняяответственность.И в этой части, когда говорят, что это политическое решение, особенно там губернатор говорит.
А с какого перепугу он называет это политическим решением? Он вместо того, чтобы сидеть болеть за любимый клуб «Торпедо», должен снежок убирать, вместо того, чтобы сидеть на Президиуме Политсовета должен автобусы, так сказать, чинить, выпускать на улицу, - я уж так, условно, – а у нас получается сплошная политика.

 

Сорокин: Знаете, вот закон знают все: закон знает глава города, закон, по логике, должен знать глава администрации, закон знает губернатор, закон знают все аппараты, которые вокруг нас сидят и подсказывают: «Олег Валентинович, вот это вы должны сделать в соответствии с законом». Почему очевидные вещи, которые рано или поздно вспыхивали… вы вспомните, да,  туда на тех или иных… которые потом брандспойтом гасили… вы что думаете, отдельных депутатов потом не приглашали и не говорили ‒ что вы там кипятите ситуацию?

Нам кто мешал 2012 год – наши великие праздники, то 14-й год – выборы губернатора, - всегда находились причины, по которым этого делать не надо.
А что такое межбюджетные отношения? … торговля, торговля в интересах города. Когда теперь глава города получает финансирование, тебе губернатор говорит– мы с вами построим14 ФОКов, потом 14 ФОКов превращаются в 7 ФОКов. Мы вроде как делаем вид, что их строим, и хорошие или плохие отношения, что очень плохо на самом деле, в том числе при вашем немом согласии, они превращаются в «ты молчи – я дам», «ты не молчишь – я не дам». Но это политика, вы понимаете, в чем дело?
Вы посмотрите, что происходит последние два года. У нас постепенно забирают деньги и полномочия, шаг за шагом.  

Журналист: Но депутаты этому не противятся…

Сорокин: Областного законодательного собрания или гордумы?

Журналист: Гордумы.

Сорокин: …гордума показала, как она относитсяк этим процессам. Вы посмотрите, у нас в области 27 ФОКов построено, в городе только 3. Почему? Ответьте мне на простой вопрос. У нас из десяти миллионников только в нашем городе не построен театр за 10 лет. Я не говорю про миллионники, я даже говорю про Астрахань, про остальные города.

 

Сорокин: Вы посмотрите, у нас какой дисбаланс в отношении культуры и спорта! И когда ты говоришь о том, что, Валерий Павлинович, а вы где хотите воспитывать патриотов – на стадионе? Болельщики не пойдут с криками «ура, за Родину». Это неплохо, но люди сначала должны получить образование и воспитание. И параллельно заниматься спортом. Когда одно без другого оно немножко так это…

Журналист: Я правильно понимаю…

Сорокин: (перебивая) Посмотрите на бюджеты наших команд и сравните с бюджетами наших театров. А если сложить все театры Нижнего Новгорода, то в день их посещает гораздо больше, чем все наши спортивные соревнования вместе взятые. Но они нищие, как церковные мыши, а у нас отдельные хоккеисты и футболисты получают по 30-40 миллионов рублей в год. Вы думаете, они их все на руки получают? У нас спорт превратили в гигантскую прачечную. Просто в гигантскую прачечную. Вы возьмите, как журналисты, и посмотрите, откуда они берут деньги.

Ни одного театра, ни одного, это… «Юпитер»… Говорю, - Валерий Павлинович, давайте сделаем концертный зал, у нас ни одного концертного зала нет. …Вперед!Кто мешал? Я сколько сил угробил на то, чтобы его передали в город! Что, для того, чтобы продать, что ли? Да, потом пришлось говорить: да потому что денег нет буквально, денег нет, нет и нет.

Мы что, не видим и не знаем, что ль, что у нас со спортом происходит? У одного клуба бюджет миллиард, ‒ а он где играет-то? Как дворовая команда? У второго бюджет миллиард, ‒ где играет?

У нас вся культура вместе 150 миллионов получает, но в Годкультуры что сделали? – вот музей покрасили. Что ж его красить-то? Там запасники надо распечатывать, там лежат богатства несметные, а мы только фасадики красим для красоты. Вот и всё.
Этот объект начинался года четыре… Этот объект начинал строить еще Кириенко.И он полностью построен на федеральные деньги, и сколько бы мы тут ленточки ни ходили, ни резали, - ни я, ни Валерий Павлинович к этому отношения никакого не имеют – зеро.

 

Журналист: Олег Валентинович, можно вас спросить, это правда, что где-то полгода назад вы предлагали…

Сорокин: (перебивая) Нижневолжскую набережную. Вы хоть раз слышали, чтобы Валерий Павлинович что-то сказал? Он так вот очень аккуратно, очень обтекаемо, там, иногда затрагивает эту проблему, да. Губернатор год решение принимал, год. Свалили всё на Вадика. Конечно, он виноват, но решение-то принимал не Вадик.

 

Сорокин: Документы… опять же, как показывает последние праймериз, …превратили волеизъявление и выборы – важнейший инструмент вообщегосударственной политики– в какую-то пошлятину, что просто иногда … на это смотреть, - не то, что этим заниматься. Это очевидно совершенно. Это государственная политика? – нет! Я вас уверяю – нет! Это местечковая политика отдельно взятых трусливых руководителей, которыебоятся нормально работать с населением.

Понимаешь, лучше потратить 3 сотни миллионов так и 3 сотни эдак, ‒ и ты будешь красавцем. Но! К реальному волеизъявлению это никакого отношения не имеет. Никакого! Поверьте мне.

 

Сорокин: Последние выборы губернатора. Что? … Кто-то из вас вообще верит в это всё? Когда единственного конкурента, который хоть как-то на конкурента похож, хоть как-то похож, взяли – выкинули просто. Это что за трусость такая?... Стыд и позор.

Я вас уверяю, у руководства страны совершенно другие взгляды на эти процессы, совершенно другие взгляды. Там все прекрасно понимают, что сегодня главный тормоз – это та политическая система, в которой мы живем, местечковая, которая душит и давит всё вокруг.

 

Сорокин: А система тебе говорит: 2 рубля с каждого проданного билета, рубль с каждого проданного билета. Ещё чего? Вы ответьте на простой вопрос: примитивную систему «Электронный билет» 5 летпочему не вводим? Потому что весь кэш наружу выйдет сразу же, огромный. Вы деньгами платите, за билетики… денюжками, мелкими, маленькими, но денюжками….

Нам счетчики впаривают в 3 раза дороже, чем они есть, потом их заколачивают в тариф, потом на всё это навешивают лизинг, а потом мы сидим и корректируем… А что у нас самые высокие тарифы по теплу в стране? А нам наши высшие руководители говорят: а потому что у нас нет когенерации. Ну, так что мешало за 10 лет эту когенерацию сделать-то? – А потому что не надо, потому что огромный рынок, крутится сотни миллионов рублей.

Вы посмотрите на спонсоров наших хоккейных и футбольных команд. Там все предприятия, которые выполняют либо муниципальный, либо областной заказ, … перечисляют туда денежки, денежки в виде зарплаты…

12 процентов потерь – и всё по карманам.

 

Сорокин: А я и на Президиуме сказал, что это негоже человеку, который должен сейчас школы готовить к зиме, к новому учебному году, ставить руководителем партии. Неправильно это по определению.

Журналист: Вы какую-то оценку можете поставить…

Сорокин: (перебивая) Понимаете, у нас несколько перевернутые понятия именно вот этого вот – системы координат… кто чем должен заниматься. Вот этот чиновник администрации, еёзадача ‒ подготовить школы к 1 сентября. А мы на неё возлагаем функции секретаря за два месяца до выборов. Но это ж бред.

Журналист: А оценку можете поставить?

Сорокин: (перебивая) А горожане молчат. Вот такие вот абсолютно абсурдные решения. Шлагбаум этим решениям – только один ‒ общественное мнение – другого нет. Потому что у руководителей, к сожалению, понимание того, что это неправильное решение, - оно, отсутствует. Они исключительно… сиюминутными политическими выгодами и результатами – у кого больше – 86, 85, 99…

 

Журналист: Можно я задам вопрос?

Сорокин: (не обращая внимания) Я разговаривал с мэром из Казани. Я ему говорю: а ты сколько детских садов построил? – 25. Я говорю, а где ты столько денег брал? – А я вообще никаких денег не брал. Там руководство республики понимает, что Казань – это столица. А у нас руководство города – это потенциальные политические конкуренты. На кой хрен выращивать? – чем хуже, тем лучше.

Сорокин: И сегодня, ещё раз говорю, ведь что такое политика? Ведь всегда находишь какие-то компромиссы. Ведь бесполезно рубиться до бесконечности, это не даст никогда никакого результата, - в первую очередь, для города…
Но нужно понимать, что твоя главная задача – чтобы городу был результат. И ты где-то там сидишь, там, делаешь что-то, понимаешь, ещё что-то…

Но мы за последние полтора года не то, что получаем, мы теряем. Возникает справедливый вопрос: а зачем?

 

Сорокин: Ведь 5 лет назад, я извиняюсь, кто-то получил устранение политического конкурента, доступ к городским ресурсам, а город должен был получить взамен что-то. Нам говорили – вот этот плохой, он всё украдет, надо поставить своего – неважно какого, но главное ‒ свой. Поэтому мы вам всё дадим, и эти не украдут. Была элементарная политическая сделка. Сделка, в результате которой город должен был выиграть. Первые годы чего-то выигрывали, потом перестали.В чем смысл этой сделки? Она потеряла всякий смысл…

Журналист: То есть, иными словами, губернатор у нас грабит город в пользу районов…

Сорокин: Ну, я бы не стал уж так грубо…

 

Сорокин: (перебивая) Последний пример, который лежит на поверхности – Программа волнового расселения. Строили дома, резали ленточки. А знаешь в чем причина того, что её похоронили? Потому что мы в городе дома начали строить за 35-37 тысяч рублей за квадратный метр, а область их покупает по 48. Выгоднее покупать у застройщиков готовое, чем строить самим.Это мы сделали впервые за историю города. Это вот как с Каргиным.

Понимаешь, вот выявилась такая ситуация – просто перекрывается поток банального воровства, в особо крупных размерах.

И сразу перераспределили полномочия. У нас забрали полномочия. Мы аукционы объявили 30 декабря. Их отменили. И до сих пор не провели. И когда первый проводили, ко мне приезжали застройщики и говорят: Олег Валентинович, что делать-то? – туда ходи, сюда не ходи, здесь участвуй, здесь не участвуй. И вроде покупатели есть, и вроде их нет. А по закону уценить ещё на 30 процентов – сейчас нет покупателей – сейчас мы снизили цену. Когда появятся… А с полутора миллиардов – это, на всякий случай, 450 миллионов рублей бюджетных денег, которые уже должны были быть в бюджете. Ну, это же невозможно. Конечно, … сразу всё это забрали…

 

Сорокин: Как только я «мяукнул» по Сормовской пойме, меня исключили из Градсовета, из Инвестсовета, - я уже не член Инвестсовета. Глава города – вы вообще вдумайтесь! … Высшее должностное лицо не знает, куда какие земли будут отдавать!
Всего-то сказал: Валерий Павлинович, может, не будем спешить? Может, хотя бы нарисуем, что мы там хотим делать-то? Представим людям, потом уже будем менять Генплан, а не наоборот… может, Генплан придется менять частично… Не всё перекрашивать, а будет на плане понятно: здесь берег, здесь речка, здесь озерко, здесь дома… ‒ бог с ними – вы его сделайте сначала, правильно, покажите людям,? это … на всякий случай.

Я вам приведу пример. Автозавод. Улица Малоэтажная. 30 гектар земли. Выделили городу. Под волновое расселение. Всё нормально. Решение Инвестсовета, договор уже заключили. Придумывают красивый такой закон – помогать обманутым дольщикам. По закону участок оценивают и передают застройщику. Я говорю – а зачем? может, мы его продадим на аукционе и застройщику передадим деньги? И пусть он на эти деньги решает проблемы обманутых дольщиков. – А зачем? ‒ Ну я говорю – ну, как зачем? мы, может, сейчас дороже продадим. – Нет, дороже не продадим. Я говорю, а вы во сколько оценили этот участок? – 150 миллионов. Я говорю – но он стоит, может быть, 450. – Не, не стоит. ‒ Давайте проверим. ‒ Не будем проверять. Зачем? Пришел с депутатом законодательного собрания. Я говорю: мужики, вы вообще понимаете, в чем дело?Один участок отдали, аукцион отменили. Скандал. ‒ Ты что лезешь не туда, куда тебя это… А я говорю: а я что? для себя, что ли делаю? 300 миллионов бюджетных денег просто напросто взять… ‒  вот и всё… Легко, просто, ненавязчиво.

 

Сорокин: Я сказал Валерию Павлиновичу о том, что, Валерий Павлинович, если вы считаете, что на сегодняшний день Сорокин… мешает развитию города, то я готов покинуть этот пост вместе с Олегом Александровичем… вопросов нет. Давайте четко проговорим, что будет на благо городу.

Вот мы когда-то говорили, там, зачем выгонять Вадика. Мы говорили: он ФОК не хочет строить, детские сады не хочет строить, там, ветхий фонд сносить, там, много чего не хочет… У него был свой взгляд на развитие города. Там, плохой, хороший, но он был. Давайте подведем итоги за 5 лет. Что мы получили? Там что-то получилось, что-то нет. Но вот сегодня причина этому  кто – Сорокин, Кондрашов, оба? Давайте причину определим… чтоб город дальше двигался.

Почему сейчас? Потому что у нас осталась следующая пятилетка – это 800-летие города, и я вижу, что сегодня усилия власти направлены на то, чтобы эту власть сохранить. Не на то, чтоб что-то сделать, - чтобы её сохранить. Других задач нет. Как сохранить? – через фальсификацию выборов?через манипуляцию общественным мнением? или через реальные дела, через что идет механизм сохранения власти? Наверное, через первые два.

 

Сорокин: Конечно, без каких-то реальных дел это невозможно, но масштабы реальных дел вы посмотрите. У нас… там театр … ладно… у нас аэропорт последний из городов-миллионников, у кого он ещё строится, у всех остальных он построен. Любой город возьмите – везде новые аэропорты, кроме Нижнего Новгорода.
Ни один город-миллионник так методично не превращается из города в деревню, как Нижний Новгород. Даже в тех городах, где конфликт между областной властью и городской, глава субъекта понимает – это столица субъекта, это лицо. 

А мы что? Какое у нас лицо? Вы из аэропорта доедьте через Молитовский мостдо кремля. Только последние 100 метров удовольствие получите.

Я вам приведу такой простой пример. В прошлом году нам с барского плеча обещали 2 миллиарда рублей на ремонт дорог в городе. Мы получили 400 миллионов. С одним единственным условием – мы эти 400 миллионов должны были потратить на конкретную дорогу на Автозаводе – подъезд к базе ГАЗа, а ГАЗ эти же 400 миллионов вернет «Торпедо». Вот и всё. Вот и всё! И так и произошло! Это что такое-то вообще?! А в «Торпедо» их так быстренько …. – на тарелочку – нате, пожалуйста, кушайте. Это факт. Это реальный факт нашей с вами жизни. Улица Монастырка – это дорога, которую строили в обмен на финансирование «Торпедо». Больше ничего, там никакой другой логики нет.

 

Сорокин: Партию не хотел поменять… На самом деле, хотя то, что произошло на праймериз… ну, во-первых, мы такую маргинализацию нашего электората, нашего избирателя провели, что просто, понимаете, чудовищно совершенно. Потому что мы 10 лет старались придать какую-то легитимность процессу… и Москва, кстати, об этом говорила всегда: ребята, учите людей выбирать нормально, по-человечески, завязывайте со своим бизнесом частным, со всем остальным там, да. Но иногда Москве даже неловко признавать то, что происходит в регионах, ‒ потому что… ну это за всякие рамки уже выходит.

 

Журналист: И всё-таки ваше отношение… не все, но многие слышали запись с Президиума Политсовета. Вы, с одной стороны критиковали, скажем так, первую тройку…

Сорокин: Не критиковал. Что за парадокс? Человек сказал свое мнение. Это произвело эффект вообще на Политсовете разорвавшейся бомбы. Кто сказал «мяу»? Ё-моё, да? Я просто сказал, ‒ может, посоветуемся, там. Вообще разговор на Президиуме был следующим… да? Что давайте пообсуждаем. То, что Шупранов появится в тройке, – это я сказал, вообще, Валерию Павлиновичу. Там другие фамилии были. А почему у нас промышленников нет? … Давайте поставим нормальных авторитетных руководителей… вот. Может, они главой города согласятся стать. Может тогда, это, какая-то работа нормальная пойдет… вот. За ними все-таки серьезные структуры, серьезные деньги.

А Сватковский. Ну, что такое Сватковский? Ведь что такое политик? Это слова, помноженные на дела. Когда ты слова умножаешь на ноль, по закону математики получается ноль. Для меня Сватковский ноль.

Самый яркий пример ‒ айти-парк «Анкудиновка». Единственного арендатора, который там есть серьезный ‒ Сбербанк, ‒ привел туда я. Это знает руководитель Сбербанка и все… потому что, когда они начали делать этот проект, Сбербанк купил землю на Московском шоссе, и я ездил в Москву, к руководству, и уговаривал их с Московского шоссе переехать туда. В том числе Сватковскому говорил – иди к Валерию Павлиновичу – пусть он позвонит Грефу и попросит перенести этот проект. Это исторический факт. Всё остальное, что там появилось после этого – это «Мать и дитя» на бумаге и вот этот нелепый бизнес-инкубатор, который до сих пор не заработал и в который… усохатили денег столько, что мама не горюй. Вот и всё – весь наш проект. Вы посмотрите, какие проекты сделали в Новосибирске, в Казани – это реальный айти-парк. Ну, о чем говорить? Дороги даже туда нет. Эти приезжают, резиденты, и говорят: а как же туда добираться? там ни одного маршрута автобусного нет. Сбербанк подгоняет каждый вечер по 50 автобусов, чтобы вывезти оттуда сотрудников.

Вот всё детище Сватковского. Я уж не говорю про более мелкие примеры, ‒ это для меня самый характерный ‒вот его такой нормальной управленческо-хозяйственной деятельности. Поэтому какой из него руководитель?

Другое дело, что Валерию Павлиновичу не нужны сильные конкуренты. В силу разных причин.

 

Сорокин: И если на том же Президиуме сказали, кто будет мэром Арзамаса, за два месяца до выборов… что здесь об этом говорить? Вот что можно говорить про выборы? – привезут два грузовика бюллетеней и выберут. По этой «модели» у нас любой среднего размера город можно за два КамАЗа гречки просто взять и…что, собственно, в Сарове и произошло. Только в роли гречки выступило руководство предприятия – больше ничего.
Вон в Семенов загони два КамАЗа гречки и два КамАЗа сахара, - и всё, и вот, вот… легитимно, люди справились, всё нормально, всё по-честному, не придерешься. Это нормально?

Если мы хотим такими формами формировать власть, то мы, конечно, это… очень быстро зайдем в тупик. Причем в Москве это всё понимают… они говорят – вы, что, вы с ума сошли? Вы что делаете? Задача что – бурю политическую организовать? А когда делать будем?

Я думаю, что там решение будет более правильное, взвешенное, разумное. Вряд ли этого можно ожидать от Валерия Павлиновича с его характером… но я могу себе это позволить, на самом деле, потому что у меня немножко, так сказать, граница чувства страха – она какая-то отодвинутая подальше, чем у многих других. Поэтому я не думаю, что будет какой-то затяжной конфликт, он не в интересах города, и я не позволю ему развиваться.

Сорокин: Сегодня, к сожалению, город в той системе межбюджетных отношений самостоятельно жить не может. И это инструмент влияния на город, на городские власти, это факт. Но федеральный центр дал инструмент с достаточно широким диапазоном, а у нас его сузили до минимума, совершенно сознательно, осмысленно. Хочешь чего-то получить – поклонись, попроси, прими точку зрения, которая как бы есть.

Вот иногда как бы некоторые вещи очевидные. Трамплины какие-никакие – были в городе. Где они? Ухнули 500 миллионов – ни трамплинов, ни хрена. Театр «Вера». Маленький, никудышненький, но был, работал, детишки ходили, родители хлопали… Взяли разломали… всё. Кто мешает? Кто мешает доделать свои ошибки до конца? – вот я одного не понимаю. Что это за такие нелепости?

Я тоже это прекрасно понимаю, поэтому и позволяю сегодня спокойно, так сказать, открывать глаза, потому что, если эта ситуация, - мы не поменяем сейчас, то к 800-летию города мы в ещё худшем городе будем жить – совершенно очевидно. Сегодня тот крен, который идет, - просто я вижу-то это на несколько лет вперед, - то, что делается сегодня, понимаете? – дает мне эффект отложенный на несколько лет вперед.
Ведь неслучайно, когда говорили, там, долговые нагрузки, там, растут по областному бюджету, да, кто-то там «мяукал», - их там потом так аккуратненько так отцепляли из политики, - и вроде сейчас все почти согласны.

Ну что сегодня область со своим бюджетом? Это ж Греция – один в один! Они на 10 лет вперед обрекли себя на полное безденежье. Не только себя, а ещё и город.
Сегодня они отчитались, а дальше ‒ трава не расти. А кто будет долги-то отдавать? … свалить на старшего товарища.

 

Журналист: А губернатор сегодня насколько самостоятелен в своих действиях?

Сорокин: Он тоже не совсем самостоятельный, но каждый политик…

Журналист: Ну, а последние события убавили эту самостоятельность?

Сорокин: Каждый политик, каждый политик, так сказать, старается свою самостоятельность расширить, вопрос – во благо это или не во благо. Если он её расширяет за счет снижения роли, там, органов местного самоуправления, депутатов законодательного собрания, то это ни к чему хорошему не приводит.

Вы просто сложите за последние 10 лет, например, все полеты на частных самолетах. На следующий день государство отторгает, понимаете, политика отторгает людей, имеющих опыт, как бы, в реальном секторе, она отторгает их просто от власти. Потому что эти люди сразу начинают… они, эти, – как инородное тело. Они рушат сложившееся, понимаете…

Вот Сорокин пришел там… Все же понимают, что его на стройке не обманешь, он сразу говорит ‒ вот, вот, вот, вот. Но это же не надо никому.
Поэтому вот эти вот процессы, если их не остановить, они зайдут и за 99 процентов, 101 можно увидеть иногда – по ошибке. Их никто не считает.

Журналист: А вот доля «Единой России» меньше 50 процентов в новой думе – это страшно на ваш взгляд?

Сорокин: Да это никого же не пугает в Москве. Пугает здесь. Вот никого не пугает. Задачи другие – сделать нормальное общество социальное. Все уже насмотрелись на эту бредятину. Все понимают, что это путь в никуда. А вдвойне вот эти кризисы подчеркивают, что это путь в никуда. Вот как мы остаемся один на один, мы понимаем неэффективность и пагубность вот этой вот политической ситуации, которую сами же создали.

Есть люди близорукие, которые живут одним днем, главное – чтобы у них была возможность за бюджетные деньги слетать куда-то на частном самолете, покататься на том, на чем у них нет, и так далее и тому подобное. Это власть, понимаешь, - она вот такая вот.

Вы мне объясните, вот где гражданская совесть у человека, который каждый день ездит на служебной машине в Зеленый город и обратно? С какого перепугу? Кто за это должен платить? Казалось бы, мелочь. Но…

Журналист: Это вы сейчас про губернатора?

Сорокин: Он высшее должностное лицо, - бог с ним. У него всё правительство туда ездит, там целая деревня из новых домов… они, наверно, их на свои деньги построили? – нет, это оплачено из бюджета. Там повара, прислуга, убирают, стригут, теннисные корты, бани. Кто там за это платит вообще?

Журналист: Вы сейчас просто как Навальный!

Сорокин: Я не как Навальный. Я говорю просто как человек, который видит вот эту вот систему.

 

Сорокин: Мне говорят – а что ты не ходишь на спорт? – Да потому что я знаю, откуда деньги берутся в этом спорте и куда они уходят. Поэтому я не хожу. У меня немножко брезгливое чувство посещает, когда я в этот … захожу, на этот праздник в вип-ложу, где всё фальшиво от начала до конца. Так нельзя. У нас детские команды, которые перебиваются с хлеба на соль, показывают лучшие результаты, чем команды с многомиллиардными бюджетами. У нас хвалиться уже нечем. Мы радуемся за детишек и хлопаем. Замечательно. А миллиард двести на «Торпедо» - ничего? нормально?

Гойхман занимался, у него был клуб с бюджетом в 4 раза меньше, чем у «Волги», с нехудшими результатами. Клуб закрыли, поставили на «Волгу». «Волгу» вывели в люди. Наш сегодняшний лидер списка увидел – ё-моё! пора мне заходить. Зашел. И чего? Ни «Волги», ни денег.

 

Сорокин: А когда я увидел окончательные списки, я понял, что следующая дума совершенно спокойно и безропотно эти решения примет и приватизирует и «Водоканал», и «Теплоэнерго» - и там, и там люди приезжие, и там, и там они готовят ситуацию к приватизации акций.

Вот смотрите, котельную на Анкудиновке – в неё убрали 700 миллионов рублей. Там осталось 2 вентиля привинтить и включить кнопку. Но это же никто не делает.
Поэтому мы же видим, когда это и почему включается высшее должностное лицо. Неправильно это и абсолютно бесчестно по отношению к городу.
И у Сватковского ни один мускул не дрогнет, когда он будет это подписывать.

 

Сорокин: Спроси, спроси про стадион, про Монастырку, скажи: Валерий Павлинович, обнаружили списки спонсоров, какие у футбольных клубов…  Спроси, почему на Анкудиновке котельную сдаем второй год подряд? Не пускается в эксплуатацию? Тебе скажут наверняка – газа нет или потребителей нет, или ещё чего-то нет, а вокруг 33 трубы коптят небо, и у них всё есть.
Тогда возникает справедливый вопрос ‒ а на кой х…й вы её строили?

Три последние капли: это ТЭК-НН, будущий состав думы и Сватковский. Всё. Три последние капли, которые переполнили чашу терпения.

Читайте также:

«Три последние капли, которые переполнили чашу моего терпения – это «ТЭК-НН», будущий состав думы и Сватковский», ‒ Олег Сорокин

«Нижегородские «Водоканал» и «Теплоэнерго» готовят к приватизации приезжие люди», - Олег Сорокин

«Где гражданская совесть у того политика, который каждый день ездит на служебной машине в Зеленый город и обратно?» ‒ Олег Сорокин

«Нижегородская область – это же Греция, один в один!» - Олег Сорокин о государственном долге регионального бюджета

«Я не думаю, что с Валерием Шанцевым будет затяжной конфликт, и я не позволю ему развиваться», – Олег Сорокин

«Для меня Дмитрий Сватковский – это ноль», - Олег Сорокин

«Праймериз «Единой России» в Нижнем Новгороде – это маргинализация нашего электората», - Олег Сорокин

«Ни один город-миллионник так методично не превращается из города в деревню, как Нижний Новгород», - Олег Сорокин

Все усилия Валерия Шанцева направлены на сохранение власти через фальсификацию выборов и манипуляцию общественным мнением – Олег Сорокин

Олег Сорокин исключен из инвестиционного совета при губернаторе Нижегородской области

Программа «волнового переселения» выявила поток воровства в особо крупных размерах правительством Нижегородской области – Олег Сорокин

Устранение Вадима Булавинова 5 лет назад было политической сделкой с Валерием Шанцевым, которая потеряла смысл – Олег Сорокин

«Валерий Шанцев относится к Нижнему Новгороду по принципу «чем хуже – тем лучше», - Олег Сорокин

«Назначение Марии Холкиной секретарем местного отделения "Единой России" в Нижнем Новгороде – это бред», - Олег Сорокин

Олег Сорокин подверг сомнению реальную победу Валерия Шанцева на выборах губернатора в 2014 году

Олег Сорокин назвал праймериз «Единой России» «пошлятиной» и «местечковой политикой трусливых руководителей»

Олег Сорокин обвинил Валерия Шанцева в «синем заборе» на Нижневолжской набережной

«Профессиональный спорт в Нижегородской области превратили в гигантскую прачечную», - Олег Сорокин

Олег Сорокин считает, что Валерий Шанцев не строит ФОКи в Нижнем Новгороде по политическим мотивам

Олег Сорокин выступил против замещения партийных должностей в «Единой России» Олегом Кондрашовым и Артемом Кавиновым

Прочитано 34737 раз